«Поняли, что нас надули». В Псковской области многодетная мать три года судится с депутатом ЛДПР за 300 тысяч рублей – Северо-Запад. МБХ медиа
МБХ медиа. Северо-Запад
Сейчас читаете:
«Поняли, что нас надули». В Псковской области многодетная мать три года судится с депутатом ЛДПР за 300 тысяч рублей

«Поняли, что нас надули». В Псковской области многодетная мать три года судится с депутатом ЛДПР за 300 тысяч рублей

В 2017 году Ульяна Прокопенкова решила продать большой жилой дом, чтобы поменять адрес и спрятаться от угрожавшего убийством мужа. Покупателем стал депутат регионального парламента от ЛДПР Юрий Павлинов. По версии Прокопенковой, он обещал купить дом за 1 млн рублей, но в договоре попросил указать сумму в 700 тысяч рублей, а остальные 300 тысяч рублей пообещал отдать позже. Не отдал. Суды заняли сторону депутата, и недавно Прокопенкову с детьми выселили. Женщина продолжает судиться, а Павлинов утверждает, что нечестно в этой сделке поступила именно многодетная мать, а не он.

«Хотели, как можно быстрее оформить»

Тридцатилетняя Ульяна Прокопенкова с тремя детьми живет в десятиметровой комнате коммунальной квартиры в Великих Луках. В комнату еле влезла кроватка для годовалого Матвея. Но так было не всегда: еще в 2017 году Ульяна с детьми и матерью жили в просторном частном доме почти на 100 кв. м. в спальном районе города на улице Декабристов. К дому прилагался участок в 14 соток.

«С этого большого огорода питалась вся наша семья. Курей держали, даже получалось излишки продавать», — вспоминает Ульяна.

Дети Ульяны. Фото предоставлено Ульяной

Все изменилось в 2017 году, когда они с матерью решили продать дом, чтобы сменить место жительства из-за угроз мужа. Тогда он отбывал срок за угрозу убийством, кражи и грабежи.

«Он чуть нас не зарезал: ворвался в дом и размахивал косой над маленькой дочкой и моей матерью. Я давно хотела развестись, но он против и угрожает. Считает, я его собственность», — рассказывает Ульяна.

Сосед посоветовал ей знакомого специалиста по недвижимости. Прокопенкова созвонилась, и риэлтор Илья Русаков приехал оценивать дом. Позже женщины узнали, что Русаков — знакомый депутата Псковского областного собрания от ЛДПР Юрия Павлинова. Русаков, по словам Ульяны, назвал дом хорошим и сказал, что для оценки стоимости пришлет строителя. Им оказался депутат Павлинов. Женщина уверяет, что Павлинов после осмотра назвал сумму в 1 млн рублей. Она говорит, что это могут подтвердить ее мать, отчим и соседи. Соседки Ирина Щетинина и Тамара Дектеревская написали расписку (копия есть в распоряжении «Северо-Запад. МБХ медиа»), в которой сказано, что Павлинов планировал купить дом за 1 млн рублей.

Фото предоставлено Ульяной

«Они хотели как можно быстрее оформить сделку, даже предлагали нам, чтобы мы без денег, без всего, съехали на съемную квартиру. Мы дураки, но не до такой же степени, чтобы съезжать. Естественно, мы отказались от этого», — рассказывает Прокопенкова.

«Так положено для Росреестра, иначе сделка не пройдет»

Ульяна подписала договор и 29 декабря 2017 года вместе с Павлиновым сдала его в Россреестр. В документах дом был оценен в 700 тысяч рублей.

По версии Ульяны, Павлинов предложил ей написать расписку на 700 тысяч рублей, а после поехать в Росреестр оформлять документы. Еще 300 тысяч рублей, по ее словам, он якобы обещал выплатить, когда семья будет съезжать. Прокопенкова говорит, что на все ее вопросы о сумме, депутат ответил, что так положено для Росреестра, иначе сделка не пройдет.

«Ну, мы-то не понимали ничего тогда. Это после трех лет судов стали хоть что-то соображать. А тогда совсем нет: ну, пообещали нам, тем более, мы на тот момент уже знали, что это депутат. Неужели он будет обманывать?», — пытается объяснить поступок дочери Елена Прокопенкова, мать Ульяны.

Она решила, что часть суммы от продажи потратит на дом для матери, другую — на две комнаты в коммунальной квартире для себя и детей. Елена приобрела дом в поселке Дубрава в Великолукском районе. Сама Ульяна подобрала себе две комнаты в коммунальной квартире в Великих Луках. «Я решила: сейчас куплю эту комнату, он мне отдаст еще 300 000, и на эти деньги я куплю вторую у соседки», — пояснила Ульяна.

«Мы поняли, что нас надули»

Прокопенкова планировала съехать из дома на улице Декабристов до 14 января 2018 года, а 19 января Павлинов должен был получить документы на право собственности. До оформления договора он почти каждый день звонил Прокопенковым, но после внезапно пропал. Ульяна говорит, что поняла, что что-то пошло не так, и решила написать заявление в Росреестр о приостановке сделки. А потом она узнала, что Павлинов подал иск в Великолукский городской суд с требованием зарегистрировать переход права собственности на жилой дом и обязать Прокопенкову передать жилье ему.

«И тогда мы поняли, что нас надули, грубо говоря. Сразу соотнесли все факты, вспомнили, как он нам в съемную квартиру съехать предлагал. Поняли и подали встречный иск о признании той сделки недействительной», — рассказывает Ульяна.

Комната в доме. Фото предоставлено Ульяной

Суд вынес решение 27 июня 2018 года — право собственности на дом официально перешло к депутату Павлинову. Судья Красикова объяснила, что юридически значимые обстоятельства в этом деле — факт заключения договора купли-продажи, его соответствие закону и исполнение договора, в том числе факт передачи имущества и оплаты за него.

Суд уточнил, что каких-либо дополнительных обязательств относительно уплаты денежной суммы в счет стоимости продаваемого жилого дома договор не содержит и сослался на расписку, которую Павлинов предоставил суду. В документе с подписью Прокопенковой было указано, что она получила от него 700 тысяч рублей и обещает съехать из дома до середины января 2018 года. В беседе с «Северо-Запад.МБХ медиа» Ульяна подтвердила, что давала расписку, но уточнила, что в устной беседе договаривалась с депутатом, что съедет после того, как он доплатит ей оставшиеся 300 тысяч рублей.

Показания родственников, которые подтверждали, что Павлинов обещал купить дом за 1 млн рублей, суд во внимание принимать не стал — назвал их «не имеющими правового значения», предположил, что эти свидетели могут быть заинтересованы в исходе дела, и указал на противоречивость их слов.

Расписку соседей, которые также сообщали о том, что изначально предполагалось, что дом будет продан за 1 млн рублей, суд, по словам Ульяны, не принял, сказав, что к делу она не относится.

Изначальную цену дома в 1 млн рублей на суде неожиданно подтвердил риэлтор Илья Русаков, который изначально смотрел дом, а затем прислал для оценки своего знакомого — Павлинова. В решении суда указано, что, по его версии, 1 млн за дом просила мать Ульяны, но потом из-за того, что дом нужно было продать быстрее, она якобы согласилась на 700 тысяч рублей.

«У суда не имеется оснований для удовлетворения встречных исковых требований. Вместе с тем, иск Павлинова является обоснованным, и суд считает возможным его удовлетворить», — резюмировала судья Татьяна Красикова.

«Как только суд закончится, они сразу к судье в кабинет бегут»

Ульяна Прокопенкова говорит, что была раздавлена таким решением суда. Вместе с матерью они очень надеялись на этот процесс. «Моя мать купленный дом в Дубраве потеряла, потому что вынуждена была его продать за бесценок, чтобы нанять адвоката. Мы знали, что без специалиста у нас ничего не получится. А в итоге мы все потеряли. Все суды пошли против нас», — говорит Прокопенкова.

Она обжаловала решение судьи Красиковой в областном суде, но тот поддержал решение первой инстанции.

Депутат Павлинов через полгода подал к Прокопенковой еще один иск — о выселении. Затем это требование выдвинул и риэлтор Русаков, который перекупил у Павлинова дом.

В распоряжении «Северо-Запад. МБХ медиа» есть фотография договора между Павлиновым и Русаковым, где дом оценен в 1 млн рублей. В феврале 2020 года суд постановил выселить Прокопенкову и ее детей. Это решение женщина обжаловала и в областном и третьем кассационном судах. Оба поддержали первую инстанцию.

Фото предоставлено Ульяной

«В этих решениях все так чисто, красиво написано, что и придраться не к чему. Но знали бы, что происходило на процессах. На одном из органов опеки пришла бумажка. Суд открывает и говорит: «Ульяна Викторовна, а что вы говорите, будто вам съехать некуда. У вас дом есть в Купуйской волости! Вы его недавно купили в 2018 году». Я им отвечаю: «Вы чего, совсем? За какие финансы? У меня денег нет! На что я дом куплю? Я малоимущая!», — возмущается Ульяна и рассказывает, что суд в ответ показал ей выписку из Росреестра.

«Мы с мамой после суда поехали в Росреестр, они посмотрели и говорят: «Откуда у вас эта бумажка? Дом-то такой есть, только собственник не вы, а Юрий Павлинов», — рассказывает Прокопенкова.

Согласно одной из двух выписок из Росреестра (копии есть у «Северо-Запад.МБХ медиа»), здание с кадастровым номером 60:02:41 102:14 принадлежит Прокопенковой, другой — что зданием с идентичным кадастровым номером владеет Павлинов. Прокопенкова написала заявление в полицию о служебном подлоге, но в возбуждении дела ей отказали в связи с отсутствием события преступления.

Ульяна рассказывает, что в суде пыталась объяснить, что после выселения ей с тремя детьми придется жить в десятиметровой комнате в коммуналке. Суд в ответ заметил, что у нее есть дом в деревне Мартинково. Доводы Ульяны о том, что там нет связи, нет возможности учить дочку и иногда даже скорую не вызвать, инстанция во внимание не приняла. А опека отказалась направлять в деревню комиссию, чтобы та установила пригодность или непригодность жилья для троих детей.

«Судья отчитывал меня: „Зачем ты третьего рожаешь?“. Конечно, перед ним-то красные дорожки стелят, а с нами вот так обращаются. И Павлинов нам в глаза не смотрит. На одном из заседаний даже краснел. Но кто там нас будет слушать? Как только суд закончится, они сразу к судье в кабинет бегут — что, мы этого не видели?», — рассказывает Прокопенкова.

«Приезжали два амбала и угрожали нам»

Ульяна вместе с матерью и сейчас ищут возможности обжаловать и продажу дома, и последующее выселение, но в ответ сталкиваются не только с отказами в инстанциях, но и с угрозами.

«Приезжали два амбала каких-то и угрожали нам. Разговор был про документы, что-то вроде, что, если мы будем и дальше жаловаться куда-то, то они расправятся с нами. Об этом есть в заявлении в полицию, но никакое дело не возбудили. А мне после их угроз все время плохо: у меня сердце больное», — жалуется Ульяна.

По ее словам, человек, похожий на Русакова еще до выселения приезжал в дом, открывал замки и что-то искал в комнатах. Прокопенкова предполагает, что его могли интересовать судебные документы.

Фото предоставлено Ульяной

«Мы хотим справедливости добиться. Депутат совершил нехороший поступок, тем более, по отношению к детям. Он в органы опеки подарки возит, а моих на улицу, получается, выгнал, вот так вот обманул, воспользовавшись нашим доверием», — говорит Ульяна.

По ее информации, спорные ситуации с недвижимостью у Павлинова были и раньше. В картотеке Великолукского городского суда депутат зарегистрирован как ответчик по двум гражданским делам: в одном — как представитель Агентства недвижимости «Великие Луки» с двумя другими ответчиками, в другом — один, как индивидуальный предприниматель.

Ульяна рассказывает, что за время судебных процессов на сторону Павлинова встал ее муж Александр Рюмин, который сейчас отбывает очередной срок. Женщина боится, что он убьет ее, потому что муж не раз обещал ее расчленить (у «Северо-Запад.МБХ медиа» есть копия аудиозапись угроз). Она говорила, что обращалась в полицию, но та не возбуждает дело.

Депутат Юрий Павлинов в беседе с корреспондентом «Северо-Запад МБХ медиа» заявил, что суды ему «сильно попортили кровь» и сказал, что на момент сделки работал с недвижимостью около 15 лет, но ни одной похожей истории с ним ни разу не случалось.

«Были вопросы, но они заканчивались максимум мировым соглашением с людьми», — говорит депутат. Он считает, что семья ранее обманывала людей при сделках с недвижимостью и изначально планировала не доводить продажу дома до конца.

Прокопенкова не первый раз прерывает сделку купли/продажи. В картотеке великолукского городского суда есть данные о процессе между Ульяной Прокопенковой и Е.Киселевой. Последняя заплатила Ульяне 60 000 рублей за 1,3 дома и 1,3 земельного участка. Часть помещения должна была перейти в собственность Киселевой в январе 2018 года, однако Прокопенкова отозвала и не вернула деньги покупательнице. Судья Татьяна Красикова признала правоту Киселевой и обязала Прокопенкову вернуть деньги.

«Я эту сумму (в 1 млн рублей — прим. „Северо-Запад МБХ медиа“) даже не слышал. С кем они общались, о чем и что хотели — это уже их дело», — рассуждает Павлинов.

По его словам, тот факт, что Прокопенкова приостановила сделку через две недели после подписания документов, свидетельствует о том, что она «заведомо предполагала, что дом останется им, и деньги они не будут возвращать». Об этом, по словам Павлинова, сообщил муж Прокопенковой — Рюмин, который «сам пришел в СК, где решил об этом рассказать».

«Были суды на протяжении трех лет, и ни один не увидел версию Прокопенковой правдоподобной. Почему? Потому что на момент сделки была оговорена цена — 700 тысяч рублей, после чего деньги были внесены на счет в банке, после чего она написала расписку на эту сумму и только после этого в МФЦ были подписаны договора о продаже данного дома», — говорит Павлинов.

«При отсутствии письменных доказательств перспективы нулевые»

Руководитель «Правозащиты Открытки», юрист Алексей Прянишников отмечает, что для сделок с недвижимостью обязательно нужен письменный договор, отсутствие такого документа фактически означает ее недействительность. Прянишников объясняет, что любые изменения в договор продажи недвижимости должны совершаться исключительно в письменной форме.

«Если стороны по сделке установили в письменной форме цену недвижимости в 700 тысяч рублей, как в рассматриваемой ситуации, то за основу и будет браться установленное в договоре в письменной форме. При отсутствии каких — либо письменных доказательств того, что цена именно данного дома определена сторонами в 1 млн рублей, а не в 700 тысяч рублей, судебные перспективы данного спора нулевые», — сказал юрист.

Единственным возможным выходом он считает обращение в полицию, но оговаривается, что это имеет смысл «исключительно при наличии любых свидетельств обещания покупателя заплатить цену, на которой настаивает продавец» — например, переписки по электронной почте или в мессенджерах.

«Возможно, сам факт обращения каким-то образом повлияет на позицию покупателя. Но особо подчеркну, что версия продавца должна не выглядеть как его фантазия, а иметь хоть какие-то подтверждения», — заключил Прянишников.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: